Сегодняшняя геополитическая слабость Европы ни для кого не секрет. Некогда формировавший геополитическую повестку континент на нынешнем историческом этапе оказался не у дел, заняв место международного аутсайдера.
Ситуация идёт по наклонной плоскости, что во всеуслышание подтвердила глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен, заявив, что с начала войны Израиля и США против Ирана Европа была вынуждена заплатить на 27 миллиардов евро больше за импорт нефти и газа. Это стало вторым серьёзным энергетическим кризисом для Брюсселя за последние четыре года: если в 2022 году были перекрыты поставки газа в страны ЕС со стороны России, то теперь на первый план вышла проблематика Ормузского пролива. Как она отметила, значительная зависимость от импортируемого ископаемого топлива делает европейцев уязвимыми, и необходимо извлекать уроки из кризисов.
Другое дело — что именно подразумевается под этими уроками и какие шаги готов сделать Брюссель, чтобы не допустить дальнейшего скатывания Европы в геополитическую пропасть? Разве у европейцев было мало времени для осознания своих слабых перспектив в мировом пространстве после резкого антиевросоюзовского выступления вице-президента США Джея Ди Вэнса на прошлогоднем саммите по безопасности в Мюнхене? И что они сделали для своего усиления? Практически ничего.
Спустя год после речи Вэнса на той же площадке, пусть и в более обтекаемом формате, выступил уже госсекретарь США Марко Рубио.
Европа вновь скатилась в геополитическую тишину. Даже эскалация вокруг Ирана не смогла её раскачать: прошедшие следом беззубые саммиты европейских лидеров лишь зафиксировали отсутствие воли и реальных инструментов для действий.
После очередного окрика со стороны президента США Дональда Трампа по поводу необходимости предпринять Брюсселем важные шаги в поддержку позиции Вашингтона по Ормузскому проливу и в контексте арабских монархий, столкнувшихся с серьёзными сложностями, никаких значимых шагов зафиксировано не было. Дело дошло до того, что сегодня Украина, подвергающаяся непрекращающимся атакам со стороны России, фактически стала европейским лидером, востребованным в странах Персидского залива с точки зрения укрепления их безопасности. Звучит парадоксально, но это — исторический факт.
Не услышали в Брюсселе и конкретных призывов со стороны Китая к взаимопониманию в геополитическом формате. Произошло даже наоборот: лидеры Евросоюза стали высказывать идеи о подготовке дорожной карты, направленной на снижение зависимости как от США, так и от Китая.
Да, отдельные европейские лидеры были более мягки к позиции Китая, а премьер-министр Испании Педро Санчес вообще сделал ряд заявлений в испано-китайском направлении во время недавнего визита в Китай, однако это не общая позиция Евросоюза. Предпринятые главой испанского правительства шаги в отношении политики Израиля и в целом на ближневосточном направлении вызывают своего рода геополитическую ревность Брюсселя.
Время же для Евросоюза в плане восстановления своего геополитического реноме бежит неумолимо. Какие-то шаги предпринимаются, не без этого, но насколько они действенны? К примеру, СМИ уже сообщили о возвращении ЕС к ядерной энергетике и появлении инициативы Accelerate EU, пять основных пунктов которой направлены на повышение энергобезопасности и снижение зависимости от иностранных энергоносителей. Звучат обещания помощи национальным правительствам в защите потребителей и предприятий, включая схемы поддержки доходов и введение энергетических ваучеров с целью снижения налоговой нагрузки на электроэнергию для уязвимых домохозяйств. Предпринимаются меры по увеличению частных инвестиций — в том числе через мероприятия высокого уровня, такие как Инвестиционный форум по переходу к чистой энергетике (май 2026 года) и саммит по инвестициям в чистую энергетику в конце текущего года.
Урсула фон дер Ляйен также поддержала прозвучавшие из Берлина предложения по линии ХДС/ХСС о сокращении Брюсселем бюрократических проволочек на континенте с целью создания условий для усиления позиций европейских компаний на глобальном рынке.
По мнению аналитиков, вышеотмеченные и схожие с ними шаги, предпринимаемые первыми лицами Евросоюза, в действительности носят запоздалый характер, то есть появляются постфактум — вслед за очередным европейским фиаско. А вот лидерских решений в аспекте демонстрации силы Европы на международной арене как не было, так и нет.
Президент Франции Эммануэль Макрон продолжает сотрясать воздух своей идеей стратегической автономии Европы, которую он озвучивает с момента прихода в президентское кресло, однако за почти 10 лет конкретного наполнения она так и не получила.
Парламенты Бельгии и Нидерландов периодически занимают антиазербайджанскую позицию, штампуя ангажированные резолюции против Баку, который чётко соблюдает нормы и принципы международного права.
Канцлер Германии Фридрих Мерц по-прежнему даёт оценки тем или иным глобальным вопросам, после чего либо дезавуирует сам себя, либо разъясняет свои заявления (в последний раз это произошло в контексте территориальной целостности Украины)…
