На фото: Брайон Ноэм, похоже, засунул воздушные шарики себе в рубашку, имитируя комично большую, асимметричную женскую грудь. Преданный муж консервативного политика Всё это было бы сугубо частным делом — если бы не одно обстоятельство. На протяжении всей своей политической карьеры Кристи Ноэм строила образ на фундаменте «традиционных американских ценностей». Она подписывала законы, ограничивающие права ЛГБТК+-сообщества, добивалась запрета на дрэг-шоу в университетских кампусах, преследовала трансгендерных людей через суд. Брайон при этом неизменно стоял рядом — на слушаниях в Конгрессе, на предвыборных митингах, на официальных фотографиях. Он был частью образа: надёжный друг, верный муж, христианин из Южной Дакоты. 
На фото: Брайон и Кристи Ноэм Теперь выясняется, что именно в этот период — пока его жена принимала законы против «разрушения традиционной семьи» — Брайон Ноэм в частной переписке признавался малознакомым женщинам, что хочет себе «огромную, огромную, смехотворную грудь». Лицемерие такого масштаба редко упаковано столь компактно. Но это ещё не всё. Одна из женщин, с которой переписывался Брайон, сообщила: когда она спросила его о давно циркулирующих слухах о романе Кристи Ноэм с её советником Кори Левандовски, он ответил: «Я знаю. Ничего не могу с этим поделать». Сама Кристи Ноэм, когда под присягой на слушаниях в Комитете по национальной безопасности Палаты представителей её спросили о романе с Левандовски, отрицать его не стала. Вместо этого она резко бросила: «Я потрясена, что мы опускаемся до пересказа таблоидных сплетен на этом комитете». Министр, который снимал рекламу верхом на лошади История с мужем разворачивается на фоне куда более серьёзных вопросов к самой Кристи Ноэм — и к её деятельности на посту, с которого её в итоге уволил сам Трамп 4 марта. За время руководства DHS Ноэм развернула масштабные рейды иммиграционной службы ICE, в ходе которых в январе в Миннеаполисе были застрелены двое граждан США — Рене Гуд и Алекс Претти, наблюдавшие за операцией. Параллельно она методично выстраивала личный бренд: снималась в рекламных роликах DHS верхом на лошади у горы Рашмор в ковбойских шпорах, глядя в камеру и обещая депортировать всех нарушителей. Именно эти ролики стали отдельным скандалом. Как выяснили ProPublica и ряд других изданий, рекламная кампания обошлась американским налогоплательщикам в $220 млн. Контракты были выданы в обход стандартных конкурсных процедур — DHS сослалось на «режим чрезвычайной ситуации» на границе. 
На фото: кадр из рекламного ролика с участием Кристи Ноэм Основной подрядчик, Safe America Media LLC, был зарегистрирован в Делавэре за семь дней до получения контракта на $143 млн. Субподрядчиком выступила компания Strategy Group — принадлежащая мужу пресс-секретаря DHS и давнему соратнику Ноэм. На слушаниях в Сенате Ноэм заявила, что конкурс проводился по всем правилам и что контракты выбирали «опытные чиновники». Документы, изученные рядом изданий, свидетельствуют об обратном. Кроме того, она сообщила сенаторам, что расходы на кампанию одобрил лично Трамп. Президент это опроверг — и на следующий день объявил о её отставке. На производство одного ролика у горы Рашмор, по данным CNN, было потрачено $20 000 — за аренду лошади — и почти $4 000 на визаж и укладку. Безопасность под вопросом Помимо морального измерения, скандал с Брайоном Ноэмом поднимает практический вопрос, который эксперты по национальной безопасности считают принципиальным. Бывший советский разведчик Джек Барски, ныне консультирующий американские спецслужбы, заявил Daily Mail: «Если медиаорганизация смогла это раскопать, можно с высокой степенью уверенности предположить, что враждебные спецслужбы знали об этом давно». Поведение Брайона Ноэма — его онлайн-активность, откровения малознакомым людям, комментарии о деятельности супруги — могло сделать главу ведомства, отвечающего за безопасность страны, потенциальным объектом шантажа. *** Кристи Ноэм ушла из большой политики так, как, вероятно, и заслуживала: не с триумфом, а с треском. Её карьера в DHS закончилась увольнением от Трампа, парламентскими расследованиями и уголовными представлениями от демократов в Конгрессе. Её муж, десятилетиями олицетворявший «правильную» консервативную Америку рядом с ней на трибунах и в залах Конгресса, оказался завсегдатаем фетиш-форумов. А сама она, судя по всему, давно живёт совсем другой жизнью — которую тоже предпочитала не афишировать. Али Ширваншир
