Согласно новому закону о военной службе в Германии, мужчины в возрасте от 17 до 45 лет должны получать разрешение на длительное пребывание за границей. Соответствующая законодательная поправка вступила в силу ещё 1 января 2026 года, однако в СМИ информация об этом появилась лишь спустя три месяца. К чему же готовят немцев?
Воинская повинность против свободы передвижения
Поскольку рядовые граждане ФРГ узнали об этом только в начале апреля, многие восприняли новость как первоапрельскую шутку. Однако суровая реальность совсем не располагает к веселью даже в день смеха…
С начала этого года новая поправка к модернизированному Закону о военной службе обязывает каждого мужчину в возрасте от 17 до 45 лет запрашивать разрешение на выезд за границу сроком более трёх месяцев в специальном центре Бундесвера. Это правило распространяется без исключений на все поездки — по учёбе, работе или личным обстоятельствам. Регистрация в военном ведомстве предусмотрена и для женщин, но на добровольной основе. Также новая редакция закона вводит обязательное прохождение военно-медицинских комиссий для всех молодых мужчин. В чрезвычайных условиях мобилизационный возраст будет повышен до 60 лет.
Ранее, согласно пункту 3 статьи 2 прежнего Закона о военной службе, разрешение на выезд требовалось только в чрезвычайных случаях — при внешней угрозе или вооружённом нападении на страну. Теперь же подобные исключительные меры фактически становятся постоянной нормой.
«Основная цель и руководящий принцип этого положения — создание надёжного и информативного военного реестра на случай необходимости», — заявляют в Министерстве обороны ФРГ.
При этом военные пока не могут чётко пояснить, как новый закон будет применяться на практике, и признают, что соответствующая процедура ещё находится в стадии разработки. Не уточняется и то, какое наказание будет грозить тем, кто покинет страну без разрешения.
В то же время в военном ведомстве заверяют, что разрешения на выезд будут выдаваться всем желающим — по крайней мере, пока служба в Бундесвере остаётся добровольной. Однако уже действующий Закон о военной службе предусматривает, что добровольный набор сохраняется лишь до выполнения целевых показателей по численности армии. С высокой степенью вероятности, для запланированного увеличения Бундесвера с 180 до 260 тысяч человек контрактников может не хватить.
Ещё осенью 2025 года правящая ХДС/ХСС предложила ввести обязательный призыв по жребию. Пока против этого выступает часть социал-демократов — младших партнёров консерваторов по правительственной коалиции.
В этой связи многие в Германии задаются вопросом: не вступает ли данная норма в противоречие с правом на свободу передвижения, закреплённым во Всеобщей декларации прав человека ООН 1948 года (статья 13), гарантиями свободы передвижения в статье 11 Конституции ФРГ, а также Директивой 2004/38/EC Европейского парламента и Совета от 29 апреля 2004 года? Однако в условиях нынешней эскалации и нарастающей чрезвычайности, охватывающей европейскую «цитадель демократии», подобные вопросы остаются без ответа.
При этом заседание Совета министров, на котором обсуждалось ограничение перемещения немецких мужчин, состоялось ещё в августе 2025 года. Показательно, что правительство ФРГ впервые со времён окончания «холодной войны» собралось в Министерстве обороны — в защищённом бункере здания военного ведомства («Бендлер-блок»). Там был утверждён регламент недавно созданного Совета безопасности.
Кроме того, в «Бендлер-блоке» рассматривался проект закона об усилении военной безопасности в Бундесвере. Согласно ему, Служба военной контрразведки (СВД) получит расширенные полномочия, в том числе для работы за рубежом.
Германия впервые с 1945 года на постоянной основе развёртывает свои войска за границей. Военная полиция («Feldjäger») и другие спецслужбы будут заниматься проверкой подозрительных лиц при наборе в армию.
В декабре 2025 года новая редакция Закона о военной службе была принята депутатами Бундестага.
Снова на Восточный фронт?
Однако ограничение на выезд, как и в целом тенденция к милитаризации, уже вызвали резкое несогласие и протесты в немецком обществе. Одной из первых против выступили Сара Вагенкнехт и её партия (BSW).
«Тот факт, что мужчинам приходится получать разрешение на выезд за границу у Бундесвера, напоминает времена ГДР и Берлинской стены. Это не имеет ничего общего с демократией или свободным демократическим порядком», — заявила Сара Вагенкнехт информационному агентству AFP. В этой связи она также потребовала отставки министра обороны Бориса Писториуса.
По мнению Вагенкнехт, ограничение на выезд для потенциальных призывников свидетельствует о том, что решение о введении обязательной военной службы уже фактически принято. Она, в свою очередь, выступает за проведение референдума по этому вопросу.
Опросы показывают, что 58% граждан Германии, обеспокоенных угрозой возможного нападения России на страны НАТО, поддерживают возвращение призыва в армию. Однако среди молодёжи, которой, по сути, и предстоит служить, уровень поддержки значительно ниже — около 30%. При этом лишь 14% молодых немцев в целом выражают готовность к службе. Более того, немецкая молодёжь активно выступает против милитаризации.
Ещё в начале марта состоялась общенациональная забастовка учащихся и демонстрации против призыва на военную службу. В акциях протеста приняли участие около 55 тысяч человек. После этого полиция начала расследование в отношении 13-летнего подростка, вышедшего с плакатом «Мерц, сдохни на Восточном фронте».
В начале апреля на традиционные «пасхальные марши мира» в более чем 100 городах Германии вышли десятки тысяч человек. Демонстранты несли плакаты «Международное право — вместо права кулака», «Вместе за мир и справедливость!», «Хорошее образование — вместо призыва на военную службу».
Как отметила «Берлинер Цайтунг», эти демонстрации стали «насущной неудобной противоположностью миру, который стремится к катастрофе». Движение «пасхальных маршей» внутренне неоднородно: в нём участвуют религиозные активисты и левые, популисты и пацифисты. При этом серьёзную критику вызвала позиция Евангелической церкви Германии, фактически поддержавшей размещение ядерного оружия.
Левая партия («Ди Линке») охарактеризовала Закон о модернизации военной службы как «плохо составленный». Против возможного введения обязательного призыва выступает и «Немецкое общество мира — Объединённые противники войны» (DFG-VK). Федеральное студенческое объединение (BSW) протестует против вербовки в Бундесвер в немецких школах и разработало специальное приложение для отказников по убеждениям.
При этом ультраправая партия АдГ, несмотря на свою традиционно громкую риторику, фактически не высказывается по данному вопросу. Партия «Зелёные», ранее позиционировавшая себя как пацифистская, сегодня, напротив, активно поддерживает милитаризационную политику Запада.
Вместе с тем у форсированных приготовлений к войне, помимо глобальных геополитических амбиций (которые во многом также связаны с экономической конкуренцией), есть и вполне прагматичные причины. Ряд отраслей экономики Германии переживает серьёзный кризис. Владельцы крупных корпораций, в частности в автомобильной промышленности, рассматривают переход на военные рельсы как один из возможных выходов.
Бывший генеральный секретарь НАТО Андерс Фог Расмуссен заявил газете Die Welt: «Европейские экономики придётся перевести на военную экономику». Однако, в отличие от представителей бизнеса и политических элит, значительная часть немецких рабочих настроена иначе. Так, в январе 2026 года профсоюз IG Metall на заводе Ford в Кёльне принял резолюцию: «Нет военной экономике! Мы не отдадим наших детей на войну!»
